О чем сериал?
13 октября Netflix объявил, что дорама «Игра в кальмара» стала самым популярным проектом платформы за всё время её существования. С момента премьеры 17 сентября сериал посмотрели со 111 миллионов аккаунтов (по системе Netflix один просмотр засчитывается после двух минут показа). Дорама возглавила топ Netflix в 94-х странах и стала первым южнокорейским сериалом, возглавившим топ США. Сюжет дкартины не кажется новым: несколько сотен обанкротившихся корейцев в надежде раздать долги соглашаются принять участие в таинственных состязаниях. Победитель получит миллионы, а проигравший — смерть. Но почему история, которая выглядит уже знакомой, вызвала такой ажиотаж среди зрителей? Как объяснить неожиданный успех сериала?
Что думают создатели?
Вице-президент по контенту азиатского отделения Netflix Мин-ён Ким отмечает, что с приходом на стриминговый рынок таких конкурентов-гигантов как HBO Max, Apple TV, Disney+, создание азиатского и в частности корейского контента стало важной частью стратегии по продвижению платформы. В этом заключается отличие Netflix от других сервисов, которые пока не стремятся так вкладываться в создание иностранных проектов. По словам Ким, она была убеждена, что за рубежом лучше всего будут смотреть аутентичные локальные проекты. «Игра в кальмара», посвященная исключительно корейскому менталитету, вызвала успех не только на родине, но и во всем мире. Это показывает, что теория Мин-ён работает, а значит в Netflix выбрали правильный вектор развития. По мнению вице-президента, главные причины успеха сериала — это глобально привлекательный жанр, продуманная визуальная эстетика и лейтмотивная история о социальной несправедливости. То есть, хотя дорама показывает иностранной публике новый для неё мир, знакомые типажи героев (добряк-неудачник, умник в очках, трудовой мигрант, татуированный бандит), тема финансового неравенства и низкий входной порог в сериал (простые детские игры) располагают к себе массового зрителя. Как бы далек он ни был от корейской культуры.
Режиссер и сценарист дорамы Хван Дон Хек тоже считает, что аудиторию привлек сюжетный элемент с простыми детскими играми. По его словам, упор делается не на сложный закрученный сюжет, а на понятные эмоции персонажей, с которыми люди могут себя соотнести. При этом зритель находится в такой же ситуации страха и непонимания происходящего, как и герои, описывает Дон Хек.
Что думают критики?
Кино про жестокие реалити-шоу, в которых люди вынуждены убивать друг друга для развлечения элиты, существуют уже как минимум 90 лет. В 1932 году вышел американских хоррор «Самая опасная игра», по сюжету которого охотник попадает на необитаемый остров и становится дичью для аристократа. Также «Игру в кальмара» сложно не сравнить с оскароносными «Паразитами»: оба фильма сняты корейцами и являются высказыванием на тему неравенства богатых и бедных. И оба произвели фурор у мирового зрителя. Кинокритик Антон Долин считает, что у азиатских кинематографистов есть фора, объясняющая успех их работ: они чуть раньше столкнулись с социальной разобщенностью, от которой сейчас страдает весь мир.
По мнению кинокритика Марии Кувшиновой, успех сериала связан с большой популярностью корейской поп-культуры у молодежи и «общепланетарным запросом на справедливость». Кувшинова отмечает: «Игра в кальмара» — это переосмысление привычного триллера на выживание. Оптика, выбранная создателями дорамы, отличается от уже упомянутых «Королевской битвы» и «Голодных игр»: упор делается не на развлечение зрителя, а на «системную критику капитализма с гуманистических позиций».
Обозреватель «The Hollywood Reporter» Патрик Брзески упоминает о такой особенности сериала, как структура: зритель как будто наблюдает за видеоигрой и не может остановиться. А Мэттью Болл, ранее глава стратегического планирования Amazon Studios, а ныне управляющий партнер EpyllionCo, даже предполагает, что «Игра в кальмара» — еще одна попытка захода Netflix в мир видеоигр (в 2018 году на стриминге вышел первый интерактивный сериал «Чёрное зеркало. Брандашмыг»). В качестве одного из аргументов Болл упоминает CEO Netflix Рида Хастингса, который в отчете за второй квартал 2021 года заявил, что платформа наняла своего первого вице-президента по геймингу. Болл подчеркивает, что создание видеоигр стало бы для Netflix сильным преимуществом перед другими стриминговыми платформами «в борьбе за внимание» аудитории. А «Игра в кальмара» уже превращается в отдельную вселенную, вокруг которой можно было бы построить выгодную франшизу. И видеоигра по мотивам дорамы стала бы эффективным продуктом для продвижения Netflix.
Что будет во втором сезоне?
Авторы подкаста «В предыдущих сериях», кинокритик Иван Филиппов и главный редактор «Кинопоиска» Лиза Сурганова, думают, что Netflix с высокой долей вероятности займется съемками продолжения дорамы: ожидание второго сезона будет стимулировать подписку. Известно, что платформа уже вложила 500 млн. долларов в производство южнокорейских сериалов. Режиссер сериала Хван Дон Хек говорит, что сейчас он видит два пути развития сюжета: во-первых, это линия убитого полицейского и его брата-надзирателя. Во-вторых, история главного героя, Ки-Хуна, который, как видно в финале, хотел бы отомстить организаторам жестокой Игры.
Оставить комментарий